Рыба-удильщик: самый жалкий альфонс животного мира

удильщик самец

Многие из нас, возможно, впервые увидели глубоководную рыбу-удильщика в анимационном фильме “в поисках Немо”. Легко вспомнить, как пугающая морда этого существа (включая люминесцентную приманку, растущую из верхней части головы, и непропорционально огромный рот, полный острых зубов) угрожающе нависает над крошечным героем. Но брачное поведение этих странных хищников могут сделать их более подходящими для фильма ужасов, чем для детского фильма.



Наиболее необычными рыбами-удильщиками являются особи подотряда Ceratioidei, который состоит из 160 признанных видов. Их можно найти по всему Мировому океану на глубине ниже 300 метров.

Несколько видов цератиоидных удильщиков проявляют крайний половой диморфизм — то есть самки значительно крупнее самцов и совершенно на них не похожи. На самом деле, самцы удильщика вида Photocorynus spiniceps соревнуются за звание самого маленького в мире позвоночного животного. А у вида Ceratias holboelli самки могут быть более чем в 60 раз длиннее и в полмиллиона раз тяжелее самцов. Некоторые особи достигают метровой длины.Но это ещё не самое интересное.

Удивительно то, что удильщики ещё и паразитируют на представителях своего же вида! Учёные назвали такие отношения сексуальным паразитизмом.
удильщик Caulophryne pelagica
Семейная пара Caulophryne pelagica

Вместе и навсегда

Мальки обоего пола проходят через причудливые метаморфозы по мере взросления. Самки приобретают смертоносные челюсти и светящиеся “удочки”, которыми и славятся эти рыбы. Самцы остаются довольно маленькими и слабыми, зато получают хорошо развитые глаза или обоняние. Постепенно они теряют свои нормальные зубы и выращивают набор клещеподобных зубцов. Как выясняется, они абсолютно необходимы для спаривания, но непригодны для охоты…

Самцы проводят всю свою юность в поисках самки. Для них это вопрос жизни и смерти, ведь после определённого этапа взросления они уже не в состоянии обеспечивать себя пищей. У некоторых видов цератоидных тонкое обоняние самцов помогает им “унюхать” в воде женские феромоны. Другие самцы полагаются на своё отличное зрение, чтобы найти в темноте светящиеся приманки.

Как только удильщик обнаруживает самку, он пытается зацепиться за неё своими деформированными зубами, желательно в области живота. Самое удивительное, что через какое-то время ткани самца и самки сливаются воедино. Даже кровеносные системы пары соединяются, хотя пока учёным неизвестно, как это происходит. Почему это слияние не приводит к отторжению тканей, непонятно, но предполагает специализированную адаптивную иммунную систему.

Точная природа слияния тканей никогда не изучалась из-за невозможности изучить живые экземпляры. Привыкшие к колоссальному давлению на глубине, они бы погибли в любом аквариуме.

Так или иначе, после слияния самец становится постоянно зависимым от самки. Он уже не может самостоятельно питаться и даже ориентироваться в пространстве: зрение за ненадобностью атрофируется. Зато в размерах “семейные” сильно увеличиваются, становясь намного больше, чем любой свободно плавающий экземпляр. Они живут за счёт самок и могут размножаться до тех пор, пока живы их избранницы.

В тесноте, да не в обиде

В отличие от многих других животных, самки цератиоидов не имеют никакого выбора. Независимо от их желания, зачастую образуется целый “мужской гарем”, когда на теле самки висит до восьми паразитических партнёров. Вся эта компания нерестится одновременно, ведь с общим кровоснабжением обмен гормонами не составляет труда. Оплодотворение происходит снаружи, самцы и самка выпускают икру и сперматозоиды прямо в воду, где они и встречаются.

Интересно, что лишь у некоторых цератиоидов есть черта, которую ученые называют “обязательным паразитизмом”. Это означает, что рыба не становится половозрелой, пока не соединена с партнером. Более того, самец умрёт, если  не найдет пару в течение первых нескольких месяцев своей жизни. Многие другие цератиоидные удильщики не являются паразитами — самец цепляется за самку, участвует в нересте, а затем благополучно уплывает.

самец Caulophryne pelagica удильщик

История изучения

В течение 19 века, когда ученые начали открывать, описывать и классифицировать удильщика из конкретной ветви Ceratioidei,  они видели только половину картины. Все экземпляры, с которыми они работали, оказывались самками. Никто понятия не имел, где же самцы или как они выглядят. Исследователи иногда находили “посторонних” рыб, “приклеенных” к самкам, но те не имели страшной пасти и приманки, типичной для цератиоидов, и были намного меньше — иногда всего до 6-7 миллиметров. И их помещали в отдельные таксономические группы.

И только в 1920-е годы (почти через столетие после того, как был описан первый цератиоид) всё стало немного яснее. В 1922 году исландский биолог Бьярни Сеймундссон обнаружил самку цератиоида с двумя мелкими рыбёшками, прикрепленными к её животу мордами. Он предположил, что это была мать и ее дети, но сам же был удивлён своей теорией.

Чарльз Тейт Риган, работавший в Британском Музее Естественной истории в 1924 году, заинтересовался этой теорией и ещё подробнее изучил маленькую рыбку, прикрепленную к самке цератиоида. И понял, что это не другой вид или малёк самки-удильщика. Это её супруг. “Цератиоид – самец”, – писал Риган, – “является всего лишь придатком самки и полностью зависит от нее в питании”.

Для редких глубоководных существ, которые могут лишь изредка сталкиваться друг с другом в тёмной бездне, такой странный брачный ритуал стал полезной адаптацией, чтобы всегда держать свою пару “под рукой” и гарантировать максимальное количество плодотворных нерестов. А для нас, людей, это ещё одно напоминание о том, что мир бывает более странным, чем любой вымысел,  который мы можем себе представить.


Комментарии:

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

А что думаете Вы?

Please enter your comment!
Please enter your name here